«Сахих Муслим». Хадис № 1856/69

69 (1856) – Передают со слов Ибн Джурейджа, что Абу аз-Зубайр сообщил ему о том, что слышал, как (однажды) Джабира (да будет доволен им Аллах) спросили: «Сколько их было в день Худайбиййи?» Он ответил: «Нас было четырнадцать сотен. Мы присягнули ему, а ‘Умар (в это время) держал его за руку под деревом, и это была акация. И мы (все) присягнули ему, кроме Джадда ибн Къайса аль-Ансари, (который) спрятался под животом своего верблюда». Этот хадис передал Муслим (1856/69).  
Также его приводят имам Ахмад (14823, 15259), Абу Я’ля (1908), Ибн Са’д в «ат-Табакъат» (2/100).

 

 

Разъяснение хадиса

 

Передают со слов ‘Абдуль-Малика ибн Джурейджа аль-Умави аль-Макки, надёжного (передатчика) из 6-го поколения:
– Сообщил мне Абу аз-Зубайр аль-Асади аль-Макки, который слышал, как Джабира спросили: «Сколько» – о количестве – «их было», то есть сподвижников, «в день Худайбиййи».
Джабир сказал: «Нас», то есть участников стояния при Худайбийи, «было четырнадцать сотен, и мы присягнули ему», да благословит его Аллах и приветствует. «И» состояние во время этого было таким, что «‘Умар» ибн аль-Хаттаб, да будет доволен им Аллах, «держал его за руку», да благословит его Аллах и приветствует, «под деревом», которое находилось в аль-Худайбии. «И это была акация/самура/» – название одного из деревьев пустыни.
Слова: «И мы присягнули ему, кроме Джадда ибн Къайса аль-Ансари» – аль-Убби упомянул, что он был из числа лицемеров.
Авторы жизнеописаний упомянули, что он был вождём племени Бану Салима, но Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, лишил его этого главенства и назначил над ними вождём Бишра ибн аль-Бара ибн Ма’рура. И, возможно, именно это стало причиной его злобы к Посланнику Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует.

Аль-Вакъиди привёл в своём «Магъази» (2/59) от Абу Къатады (следующее):
– Когда мы остановились в аль-Худайбиййи, и воды было мало, я услышал, как аль-Джадд ибн Къайс говорил: «Наш выход к этим людям ни к чему (хорошему не приведёт), мы все до единого умрём от жажды». Я сказал: «Не говори так, о Абу ‘Абдуллах! Так зачем же ты вышел (в поход)?» Он ответил: «Я вышел со своим народом». Я спросил: «Разве ты не вышел ради совершения ‘умры?» Он ответил: «Нет, клянусь Аллахом, я не входил в ихрам». Абу Къатада спросил: «И ты не намеревался совершить ‘умру?» Он ответил: “Нет”».
И Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, позвал одного человека из их числа и велел ему поместить стрелу на дно колодца, после чего тот забил водой. Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, совершил омовение (используя воду) в ведре, сполоснул рот (сплюнув) в него, а затем вылил это обратно в колодец, и колодец забил изобильной водой.
То есть все люди присягнули вместе с Посланником Аллаха, кроме Джадда ибн Къайса. Он не присягнул вместе с ним, да благословит его Аллах и приветствует, потому что (спрятался) и скрылся от людей (под животом своего верблюда).
Ибн Хишам упомянул в своей «Сире»: Джабир говорил: «Клянусь Аллахом, я словно (сейчас) смотрю на него: он прижался к подмышке своей верблюдицы, приникнув к ней и скрываясь за ней от людей».
Этот Джадд был из числа тех, кого подозревали в лицемерии, и именно о нём были ниспосланы Слова Всевышнего: «Среди них есть и такой, который говорит: “Позволь мне (остаться дома) и не искушай меня”. Знайте же, они уже впали в искушение» (ат-Тауба, 9:49).
Это произошло, когда Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сказал им во время похода на Табук: «Выступайте в поход на византийцев (румов), и вы заполучите дочерей аль-Асфара (византийских женщин)». Тогда Джадд ибн Къайс сказал: «Ансары уже знают, что, когда я вижу женщин, я не могу проявить терпение, пока не впаду в искушение». И (тогда) был ниспослан этот аят. Было сказано, что после этого он покаялся, и его покаяние было благим. Конец цитаты (из слов) аз-Зихни.
Аль-Джадд умер во время халифата ‘Усмана. Когда он заболел, и к нему подступила смерть, Абу Къатада не выходил из своего дома и не покидал его, пока тот не умер и не был похоронен. (Когда) его спросили об этом, он ответил: «Клянусь Аллахом, я бы (всё равно) не стал совершать по нему молитву, ведь я слышал, как он говорил в день Худайбиййи то-то и то-то, и в походе на Табук сказал то-то. Но мне было стыдно перед моим народом, (я не хотел) чтобы они увидели, как я выхожу (из дома), но не присутствую на его (похоронах)». Это упомянул аль-Вакъиди в своём «Магъази». См. «аль-Каукаб аль-ваххадж» аль-Харири (20/120-121).