Битва при Харре

 

Битва при аль-Харре произошла между жителями Медины с одной стороны, и Язидом ибн Му’авией и Омейядами — с другой. В ходе нее жители Медины нарушили присягу Язиду ибн Му’авии из-за его скверных деяний, а также из-за того, что произошло в битве при Кербеле, и убийства аль-Хусайна ибн ‘Али. Они изгнали из Медины наместника Язида над Мединой ‘Усмана ибн Мухаммада ибн Абу Суфьяна и находившихся вместе с ним Омейядов (бану Умайя). Вслед за этим Язид отправил войско из Шама, назначив командовать им Муслима ибн ‘Укъбу аль-Мурри. Между ними произошла битва при аль-Харре, которая завершилась гибелью большого числа сподвижников, сыновей сподвижников и табиинов, и это было в 63 году хиджры.

Хафиз Ибн Касир, рассказывая о событиях 63-года по хиджре, в который произошло битва при Харре, писал:

– В этом году произошла битва при Харре. Её причиной стало то, что жители Медины отвергли (т.е. отрешили от власти) Язида (ибн Му’авию) и назначили над курайшитами ‘Абдуллаха ибн Мути’а, над ансарами – ‘Абдуллаха ибн Ханзалю ибн Абу ‘Амира, а над племенами мухаджиров – Ма’къиля ибн Синана аль-Ашджа’и. Когда наступило начало этого года, они открыто заявили об этом и собрались у минбара. Один из них стал говорить: «Я отверг Язида так же, как снял эту свою чалму», – и сбрасывал её со своей головы. Другой говорил: «Я отверг его так же, как снял эту свою сандалию». Так там образовалась огромная куча чалм и сандалий. Затем они объединились, чтобы изгнать из своей среды наместника Язида – ‘Усмана ибн Мухаммада ибн Абу Суфьяна, двоюродного брата Язида, и чтобы выселить всех Омейядов из Медины. Омейяды, которых было около тысячи человек, собрались в доме Марвана ибн аль-Хакама, а жители Медины окружили их, взяв в осаду.

‘Али ибн аль-Хусайн Зайн аль-‘Абидин отстранился от людей. Точно так же ‘Абдуллах ибн ‘Умар ибн аль-Хаттаб не стал отвергать Язида, как и никто из членов его семьи. Ибн ‘Умар сказал своим домочадцам: «Пусть никто из вас ни в коем случае не отвергает Язида, иначе между мной и им произойдёт разрыв (в другой версии: ас-сайлям — гибель/беда)».

Он также порицал жителей Медины за то, что они присягнули Ибн Мути’у и Ибн Ханзале на смерть, и сказал: «Поистине, мы присягали Посланнику Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, только в том, что не побежим (с поля боя)». Точно так же никто из потомков ‘Абдуль-Мутталиба не отверг Язида. Об этом спросили Мухаммада ибн аль-Ханафию, но он наотрез отказался от подобного шага. Он дискутировал и спорил с ними по поводу Язида и опроверг то, в чём они его обвиняли: распитие вина и оставление некоторых молитв.

Омейяды написали Язиду о том положении, в котором они оказались: об осаде, унижении, голоде и жажде, и о том, что, если он не пришлёт к ним того, кто спасёт их от этой участи, то они будут истреблены до последнего человека. Они отправили это послание с гонцом. Когда гонец прибыл с этим к Язиду, он застал его сидящим на своём ложе и опустившим ноги в воду, чтобы охладить их из-за подагры. Прочитав письмо, Язид был встревожен этим и сказал: «Горе тебе! Разве среди них нет тысячи человек?» Гонец ответил: «Конечно, есть». Он спросил: «Неужели они не сражались хотя бы один час днём?» Затем он послал за ‘Амром ибн Са’идом ибн аль-‘Асом, прочитал ему письмо, посоветовался с ним о том, кого отправить к ним, и предложил ему взяться за это. Тот отказался и сказал: «Поистине, повелитель правоверных сместил меня с неё (с управления Мединой), когда она была под контролем, и дела в ней шли в полном порядке. А теперь там кровь курайшитов проливается на землю. Я не хочу брать на себя ответственность за это по отношению к ним. Пусть этим займётся тот, кто более далёк от них, чем я».

(Передатчик) сказал:

– Тогда он отправил гонца к Муслиму ибн ‘Укъбе аль-Мурри, который был дряхлым и слабым стариком, и тот согласился на это. Язид отправил с ним десять тысяч всадников, а по другим данным – двенадцать тысяч. Глашатай Язида воззвал в Дамаске: «Выступайте в поход, получив своё полное жалованье и помощь в размере сорока динаров».

Аль-Мадаини сказал: «Говорят, что их было двадцать семь тысяч: двенадцать тысяч всадников и пятнадцать тысяч пехотинцев. Каждому он выдал по сто динаров».

Также было сказано: по сорок динаров. Затем Язид устроил им смотр, находясь на своём коне.

Аль-Мадаини сказал: «Он назначил командовать жителями Дамаска ‘Абдуллаха ибн Мас’ада аль-Фазари, жителями Химса – Хусайна ибн Нумайра ас-Сакуни, жителями Иордании – Хубайша ибн Дульджу аль-Кайни, жителями Палестины – Рауха ибн Зинба’а аль-Джузами и Шарийка аль-Кинани, а жителями Киннасрина – Тарифа ибн аль-Хасхаса аль-Хиляли. Главнокомандующим над всеми ними он поставил Муслима ибн ‘Укъбу аль-Мурри, из рода Мурра племени Гъатафан».

Ан-Ну’ман ибн Башир сказал: «О повелитель правоверных! Назначь меня командовать ими, и я избавлю тебя (от этих хлопот)».

Ан-Ну’ман был единоутробным братом ‘Абдуллаха ибн Ханзаля по матери – ‘Амре бинт Равахе. Язид ответил: «Нет! Им не подойдёт никто, кроме этого высохшего старика. Клянусь Аллахом, я не прощу их после того, как я делал им добро и прощал их раз за разом!» Ан-Ну’ман сказал: «Заклинаю тебя Аллахом, о повелитель правоверных, пощади своё племя и ансаров Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует!»

‘Абдуллах ибн Джа’фар спросил его: «А что, если они вернутся в подчинение тебе – примешь ли ты это от них?» Он ответил: «Если они сделают это, то против них не будет предпринято никаких действий».

Язид сказал Муслиму ибн ‘Укъбе: «Когда ты прибудешь в Медину и тебя не остановят на подступах к ней, и они будут слушаться и подчиняться, то никого из них не трогай. Отправляйся дальше к отступнику Ибн аз-Зубайру. Но если они не пустят тебя в Медину, то призывай их (к покорности) три дня. Если они вернутся в подчинение, прими это от них и оставь их в покое. В противном же случае проси помощи у Аллаха и сражайся с ними. И если ты одержишь над ними победу, то отдай город на разграбление на три дня, а затем удержись от людей (т.е. прекрати это)».

В другой версии говорится, что он сказал Муслиму ибн ‘Укъбе: «Если ты одержишь над ними победу, и к тому времени будет убит кто-либо из Омейядов, то обнажи меч и убивай каждого: и того, кто наступает, и того, кто убегает, добивай раненых и отдай город на разграбление на три дня. А также обрати внимание на ‘Али ибн аль-Хусайна: не трогай его, относись к нему с добром и приблизь его к себе на собраниях, ибо он не принимал участия ни в чём из того, во что ввязались они».

Он приказал ему, после того как тот покончит с Мединой, отправиться в Мекку для осады Ибн аз-Зубайра, и сказал ему: «Если с тобой что-нибудь случится, то пусть людьми командует Хусайн ибн Нумайр ас-Сакуни». 

Ранее Язид писал ‘Убайдуллаху ибн Зияду, приказывая ему выступить против Ибн аз-Зубайра и осадить его в Мекке. Однако тот отказался, сказав: «Клянусь Аллахом, я никогда не объединю для этого нечестивца два дела: убийство сына дочери Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, и нападение на Запретный Дом!» Когда он убил аль-Хусайна, его мать Марджана сказала ему: «Горе тебе! Что ты наделал?! И какой грех ты совершил?!»

Передают, что до Язида дошло, что Ибн аз-Зубайр в своей проповеди говорит: «Язид – любитель обезьян и пьяница!»

Когда Язид снарядил Муслима ибн ‘Укъбу и устроил смотр войску в Дамаске, он стал декламировать:

Сообщи Абу Бакру, когда выступит войско,

И когда армия покажется над Вади аль-Къура:

Увидишь ли ты сборище пьяниц среди людей?

О, как же удивителен этот отступник! О, как удивителен!

Лицемер, прикрывающийся религией, следующий лживым измышлениям.

В другой версии (передаются следующие строки):

Сообщи Абу Бакру, когда дело свершится,

И когда армия остановится в Вади аль-Къура:

Двадцать тысяч воинов, среди которых и зрелые мужи, и юноши…

Увидишь ли ты сборище пьяниц среди людей?

Сообщается, что Муслим выступил с собранными войсками к Медине. Когда он приблизился к ней, жители Медины усилили осаду Омейядов и сказали им: «Клянусь Аллахом, мы перебьём вас всех до последнего, если вы не дадите нам твёрдую клятву, что не укажете ни на кого из нас этим сирийцам и не станете им помогать против нас». И те дали им такие клятвы.

Когда подошла армия (Муслима), их встретили Омейяды. Муслим стал расспрашивать их о новостях, но никто ему ничего не рассказывал, из-за чего он был весьма раздосадован. К нему пришёл ‘Абдуль-Малик ибн Марван и сказал: «Если ты желаешь победы, то разбей лагерь к востоку от Медины в местечке аль-Харра. Когда они выйдут к тебе, солнце будет светить вам в затылок, а им прямо в лицо. Призови их к покорности; если они ответят тебе, (то хорошо), а в противном случае проси Аллаха о помощи и сражайся с ними. Поистине, Аллах дарует тебе победу над ними, ибо они воспротивились имаму и вышли из подчинения».

Муслим ибн ‘Укъба поблагодарил его за это и последовал его совету. Он разбил лагерь к востоку от Медины в аль-Харре и призывал её жителей в течение трёх дней. Всё это время они наотрез отказывались от всего, кроме войны и сражения.

Когда прошли эти три дня, на четвёртый день – а это была среда, за две ночи до окончания месяца зу-ль-хиджжа шестьдесят третьего года, – он сказал им: «О жители Медины! Прошло три дня. Повелитель правоверных сказал мне, что вы – его основа и его род, и что ему ненавистно проливать вашу кровь. Он приказал мне дать вам отсрочку на три дня. Они прошли, так что же вы намерены делать? Сдадитесь или будете воевать?» Они ответили: «Мы будем воевать!» Он сказал: «Не делайте этого. Лучше подчинитесь, и мы направим наши усилия и нашу мощь против этого отступника» – имея в виду Ибн аз-Зубайра. Они же ответили ему: «О враг Аллаха! Даже если бы ты захотел это сделать, мы бы не позволили тебе. Неужели мы дадим вам пойти и осквернять Запретный Дом Аллаха?!»

Затем они приготовились к сражению. Они уже выкопали ров между собой и войсками Муслима ибн ‘Укъбы, и разделили свое войско на четыре отряда, поставив во главе каждого отряда командира. Самым главным отрядом они сделали тот, в котором находился ‘Абдуллах ибн Ханзаля аль-Гъасиль. Завязался жестокий бой, после чего жители Медины потерпели поражение и отступили в город. С обеих сторон погибло множество предводителей и знатных людей. Среди них: ‘Абдуллах ибн Мути’, а также семь его сыновей, павших прямо на его глазах; ‘Абдуллах ибн Ханзаля аль-Гъасиль; его единоутробный брат Мухаммад ибн Сабит ибн Шаммас; и Мухаммад ибн ‘Амр ибн Хазм. Мимо него, поверженного на землю, прошёл Марван ибн аль-Хакам и сказал: «Да помилует тебя Аллах! Возле скольких же колонн я видел, как ты подолгу стоял и совершал земные поклоны».

Затем Муслим ибн ‘Укъба, которого праведные предшественники (саляфы) называли «Мусрифом» (Расточителем крови) ибн ‘Укъбой – да обезобразит его Аллах! – по приказу Язида, да не воздаст ему Аллах добром, отдал Медину на разграбление на три дня. Он убил множество людей из числа её знати и чтецов Корана, разграбил огромное количество имущества, и произошло великое зло, и распространилось широкое нечестие, о чём упоминали многие. Среди тех, кто был казнён перед ним, будучи связанным, оказался Ма’къиль ибн Синан аль-Ашджа’и, который до этого был его другом, но он высказал ему резкие слова в адрес Язида, и тот затаил на него злобу из-за этого.

Он вызвал к себе ‘Али ибн аль-Хусайна. Тот подошёл, идя между Марваном ибн аль-Хакамом и его сыном ‘Абдуль-Маликом, чтобы через них получить от него гарантию безопасности/аман/, не подозревая о том, что Язид уже дал относительно него наставление. Когда он сел перед ним, Марван попросил напиток – а Муслим ибн ‘Укъба привёз с собой из Шама в Медину лёд, который подмешивали ему в напитки. Когда напиток принесли, Марван отпил немного, а остаток передал ‘Али ибн аль-Хусайну, чтобы тем самым обеспечить ему безопасность, так как Марван питал дружеские чувства к ‘Али ибн аль-Хусайну. Но когда Муслим ибн ‘Укъба увидел, что тот взял чашу в руки, он сказал ему: «Не пей из нашего напитка!» Затем он сказал: «Ты пришёл с этими двумя только для того, чтобы обезопасить себя через них».

Рука ‘Али ибн аль-Хусайна задрожала, он не ставил чашу и не пил из неё. Затем Муслим сказал ему: «Если бы повелитель правоверных не дал мне наставлений относительно тебя, я бы отрубил тебе голову!» И добавил: «Если хочешь пить, то пей, а если хочешь, мы закажем для тебя что-нибудь другое». Он ответил: «Я хочу то, что в моей руке». Выпив это, он услышал от Муслима ибн ‘Укъбы: «Иди ко мне, сюда». Он усадил его рядом с собой на ложе и сказал: «Поистине, повелитель правоверных дал мне наставление о тебе, а эти (двое) отвлекли меня от тебя». Затем он спросил: «Наверное, твоя семья сильно напугана?» Тот ответил: «Да, клянусь Аллахом!» Муслим приказал оседлать для него своё верховое животное, посадил его на него и с почестями отправил домой.

После этого он вызвал ‘Амра ибн ‘Усмана ибн ‘Аффана – а он не выходил (из города) вместе с Омейядами – и сказал ему: «Если бы победили жители Медины, ты бы сказал: “Я был с вами”. А если бы победили жители Шама, ты бы сказал: “Я – сын повелителя правоверных”!» Затем по его приказу ему выщипали бороду прямо перед ним.

Аль-Мадаини сказал:

– Муслим ибн ‘Укъба отдал Медину на разграбление на три дня, в течение которых убивали людей и забирали имущество. Су’да бинт ‘Ауф аль-Муррия послала к Муслиму ибн ‘Укъбе человека сказать: «Я – дочь твоего дяди по отцу. Прикажи своим сподвижникам не трогать наших верблюдов в таком-то месте». На это он сказал своим людям: «Начинайте только с её верблюдов!»

Пришла одна женщина и сказала: «Я твоя вольноотпущенница, а мой сын находится в числе пленников». Он сказал: «Поспешите привести его к ней». Ему отрубили голову, и он сказал: «Отдайте ей его голову! Разве тебе не достаточно того, что ты не убита, раз осмеливаешься говорить о своём сыне?!» Они так нападали на женщин, что, как говорят, в те дни тысяча женщин забеременели без мужей.

Аль-Мадаини передал от Абу Къурры, (который) сказал: «Хишам ибн Хассан сказал: “После (событий при) Харре тысяча женщин из числа жительниц Медины родили детей без мужей”».

Многие знатные сподвижники были вынуждены скрываться. Среди них был Джабир ибн ‘Абдуллах. Абу Са’ид аль-Худри ушёл и укрылся в пещере в горах, но за ним последовал один человек из жителей Шама.

(Абу Са’ид) рассказывал:

– Увидев его, я обнажил свой меч. Он направился ко мне, а когда увидел меня (готовым), твердо решил убить меня. Тогда я убрал меч в ножны и сказал:

– «Я хочу, чтобы ты взял на себя мой грех и свой грех и оказался в числе обитателей Огня. Таково воздаяние беззаконникам» (аль-Маида, 5:29).

Увидев это, он спросил:

– Кто ты?

– Я Абу Са’ид аль-Худри, – ответил я.

Он спросил:

– Сподвижник Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует?

Я ответил:

– Да.

После этого он развернулся и оставил меня.

Аль-Мадаини сказал: «К Муслиму привели Са’ида ибн аль-Мусаййиба, и он приказал ему: “Присягай!” Са’ид ответил: “Я присягаю на том, что буду следовать пути Абу Бакра и ‘Умара”. Муслим приказал отрубить ему голову, но тут один человек засвидетельствовал, что он сумасшедший, и его отпустили».

Аль-Мадаини передал от ‘Али ибн ‘Абдуллаха аль-Къураши и Абу Исхакъа ат-Тамими, которые сказали:

– Когда в день битвы при аль-Харре жители Медины потерпели поражение, поднялся плач женщин и крики детей. Тогда Ибн ‘Умар сказал: «Это за ‘Усмана, клянусь Господом Каабы!»  

Аль-Мадаини передал от одного из старцев Медины, который сказал: «Я спросил аз-Зухри: “Сколько было убитых в день битвы при Харре?” Он ответил: “Семьсот человек из числа знати мухаджиров, ансаров и знатных вольноотпущенников. А из числа неизвестных людей – свободных, рабов и других – десять тысяч”. Битва произошла за три дня до конца месяца зуль-хиджжа шестьдесят третьего года, и город грабили в течение трёх дней».

Аль-Вакъиди и Абу Ма’шар сказали: «Битва при Харре произошла в среду, за две ночи до конца месяца зуль-хиджжа шестьдесят третьего года».

Аль-Вакъиди передал от ‘Абдуллаха ибн Джа’фара, (сообщившего) от Ибн ‘Ауфа, который сказал: «В этот год хаджем людей руководил ‘Абдуллах ибн аз-Зубайр. Они называли его “аль-‘Аиз” (ищущий убежища) и считали, что вопрос о власти должен решаться советом (шура).

Весть о том, что случилось с жителями Медины, дошла до жителей Мекки в ночь наступления месяца мухаррам через Са’ида, вольноотпущенника аль-Мисвара ибн Махрамы. Они сильно опечалились и стали готовиться к сражению с жителями Шама».

Ибн Джарир сказал:

– История о Харре была передана и в другом виде, отличном от версии Абу Михнафа.

– Рассказал мне Ахмад ибн Зухайр, (который сказал):

– Рассказал нам мой отец, (который сказал):

– Я слышал, как Вахб ибн Джарир сказал:

– Рассказал нам Джувайрия ибн Асмаъ, который сказал:

– Я слышал, как старцы из жителей Медины рассказывали, что, когда к Му’авии приблизилась смерть, он позвал своего сына Язида и сказал ему: «Поистине, настанет день, когда жители Медины выступят против тебя. Если они это сделают, то брось против них Муслима ибн ‘Укъбу, ибо это человек, чью искренность я познал».

Когда Му’авия умер, к (Язиду) прибыла делегация жителей Медины. В её составе был ‘Абдуллах ибн Ханзаля ибн Абу ‘Амир – а он был человеком знатным, достойным, господином и усердным в поклонении – и с ним были восемь его сыновей. Язид дал ему сто тысяч дирхамов, а каждому из его сыновей – по десять тысяч, помимо одежды и верховых животных. Вернувшись в Медину, ‘Абдуллах ибн Ханзаля был встречен людьми, которые спросили: «С какими новостями ты пришёл?» Он ответил: «Я пришёл к вам от человека, с которым, клянусь Аллахом, если бы у меня не было никого, кроме вот этих моих сыновей, я бы стал сражаться против него вместе с ними!» Они сказали: «До нас дошло, что он одарил тебя, наградил и оказал тебе почести». Он ответил: «Да, он это сделал, но я принял это лишь для того, чтобы набраться сил против него».

Он побудил людей, и они присягнули ему. Весть об этом дошла до Язида, и он послал против них Муслима ибн ‘Укъбу. Жители Медины отправили людей к каждому источнику воды между ними и Шамом, влили в них бурдюки с дёгтем и испортили их. Однако Аллах ниспослал на войско Шама обильный дождь с неба, так что они ни разу не черпали воду бадьёй вплоть до самого прибытия в Медину. Жители Медины вышли к ним в огромном множестве и в таком снаряжении, подобного которому не видели прежде. Когда жители Шама увидели их, они испугались их и не желали вступать с ними в бой, к тому же Муслим был тяжело болен. Но пока люди сражались, они вдруг услышали крики «Аллаху Акбар!» у себя за спиной, в самом сердце Медины. Оказалось, что Бану Хариса впустили к ним жителей Шама с тыла. Люди потерпели поражение, и количество погибших во рву превысило число убитых в открытом бою. Войско вошло в Медину, люди были разгромлены, а ‘Абдуллах ибн Ханзаля, прислонившись к стене, крепко спал, издавая храп. Его сын разбудил его. Открыв глаза и увидев, что случилось с людьми, он приказал своему старшему сыну наступать, пока тот не был убит. Муслим ибн ‘Укъба вошёл в Медину и потребовал от людей присягнуть в том, что они являются рабами Язида ибн Му’авии, который волен распоряжаться их кровью, имуществом и семьями так, как пожелает.

Ибн ‘Асакир в биографии Ахмада ибн ‘Абду-с-Самада в своей книге «Тарих», (опираясь на материал) из книги «аль-Муджаляса» Ахмада ибн Марвана аль-Малики, передал:

– Рассказал нам аль-Хусайн ибн аль-Хасан аль-Яшкури, (который сказал):

– Рассказал нам аз-Зияди от аль-Асма’и…

(Также) рассказал мне Мухаммад ибн аль-Харис от аль-Мадаини, который сказал:

«Когда пали защитники Харры, вечером той же ночи на горе Абу Кубайс в Мекке раздался голос, который читал стихи, а Ибн аз-Зубайр сидел и слушал:

Убиты лучшие, сыновья лучших, обладатели величия и щедрости,

Постящиеся, выстаивающие молитвы, покорные (Аллаху), праведные,

Идущие прямым путем, богобоязненные, опережающие других на пути к успеху.

Сколько же в Вакиме (Харре) и аль-Бакъи’ благородных и прекрасных господ!

И просторы Ясриба – горе им от причитаний плакальщиц и воплей!

Тогда Ибн аз-Зубайр сказал своим сподвижникам: «О люди, ваши братья убиты! Воистину, мы принадлежим Аллаху, и к Нему наше возвращение».

Язид совершил грубейшую ошибку, приказав Муслиму ибн ‘Укъбе отдать Медину на разграбление на три дня. Это был великий проступок, ибо в эти три дня в городе Пророка совершались такие ужасные и неисчислимые бесчинства, о масштабах которых знает только Всемогущий и Великий Аллах.

Послав Муслима ибн ‘Укъбу, он хотел укрепить свою власть, царство и продлить дни своего правления, но Аллах наказал его прямо противоположным тому, к чему он стремился: его сокрушил Аллах, Сокрушающий тиранов, и схватил его хваткой Могущественного, Всесильного.

Аль-Бухари в своём «Сахихе» сказал:

– Рассказал нам аль-Хусайн ибн Хурайс, (который сказал):

– Рассказал нам аль-Фадль ибн Муса, (который сказал):

– Рассказал нам аль-Джу’айд от ‘Аиши бинт Са’д ибн Абу Ваккъас, (передавшей) от её отца, (сообщившего), что он слышал, как Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, говорил: «Кто бы ни строил козни против жителей Медины, он непременно растает, как тает соль в воде».

Муслим передал из хадиса Абу ‘Абдуллаха аль-Карраза аль-Мадани (а его имя Динар), (передавшего) от Са’да ибн Абу Ваккъаса, что Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: «Кто бы ни пожелал зла жителям Медины, Аллах непременно расплавит его в Огне так же, как плавится свинец» — или: «как плавится соль в воде».

В версии Муслима, переданной путем Абу ‘Абдуллаха аль-Карраза от Са’да и Абу Хурайры, (сообщается), что Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: «Кто пожелает жителям Медины зла, того Аллах расплавит так же, как тает соль в воде».

Имам Ахмад сказал:

– Рассказал нам Анас ибн ‘Ийяд, (который сказал):

– Рассказал нам Язид ибн Хусайфа от ‘Абду-р-Рахмана ибн ‘Абдуллаха ибн ‘Абду-р-Рахмана ибн Абу Са’са’и, (передавшего) от ‘Аты ибн Ясара, (передавшего) от ас-Саиба ибн Халляда, (сообщившего), что Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: «Того, кто несправедливо напугает жителей Медины, напугает Аллах, и на нём будет проклятие Аллаха, ангелов и всех людей, и не примет от него Аллах в День воскрешения ни обязательных, ни добровольных деяний».

Это также передал ан-Насаи различными путями от ‘Али ибн Худжра, (передавшего) от Исма’иля ибн Джа’фара, (передавшего) от Язида ибн Хусайфы, (передавшего) от ‘Абду-р-Рахмана ибн ‘Абдуллаха ибн ‘Абду-р-Рахмана ибн Абу Са’са’и, (передавшего) от ‘Аты ибн Ясара, (передавшего) от Ибн Халляда из рода Бану аль-Харис ибн аль-Хазрадж, который рассказал ему этот хадис, и затем он привёл его текст.

Таким же образом его передал аль-Хумайди от ‘Абдуль-‘Азиза ибн Абу Хазима, от Язида ибн Хусайфы.

Также его привёл ан-Насаи от Яхьи ибн Хабиба ибн ‘Араби, (передавшего) от Хаммада, (передавшего) от Яхьи ибн Са’ида, (передавшего) от Муслима ибн Абу Марьям, (передавшего) от ‘Аты ибн Ясара, (передавшего) от Ибн Халляда (который был одним из сподвижников Пророка, да благословит его Аллах и приветствует) и затем привёл его текст.

Ибн Вахб сказал:

— Сообщил мне Хайва ибн Шурайх от Ибн аль-Хада, (передавшего) от Абу Бакра, (передавшего) от ‘Аты ибн Ясара,что ас-Саиб ибн Халляд сказал:

– Я слышал, как Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, говорил: «Того, кто напугает жителей Медины, напугает Аллах, и на нём будет проклятие Аллаха, ангелов и всех людей».

Имам ад-Даракъутни сказал:

— Рассказал нам ‘Али ибн Ахмад ибн аль-Хайсам, (который сказал):

— Рассказал нам мой отец, (который сказал):

— Рассказал нам Са’ид ибн ‘Абдуль-Хамид ибн Джа’фар, (который сказал):

— Рассказал нам Абу Закарийя Яхья ибн ‘Абдуллах ибн Язид ибн ‘Абдуллах ибн Унайс аль-Ансари от Мухаммада и ‘Абду-р-Рахмана, сыновей Джабира ибн ‘Абдуллаха, которые сказали:

– Мы вышли вместе с нашим отцом в день битвы при аль-Харре, а к тому времени он уже лишился зрения, и он сказал: «Да погибнет тот, кто напугал Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует!» Мы спросили: «О отец, разве может кто-нибудь напугать Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует?!» Он ответил:

– Я слышал, как Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, говорил: «Кто напугает это племя из числа ансаров, тот напугал то, что находится между этими двумя» (и он положил ладони себе на бока).

Ад-Даракъутни добавил: «Этот хадис с таким текстом и иснадом передал только Са’ид ибн ‘Абдуль-Хамид».

Этим и подобными ему хадисами аргументировали те, кто склонился к дозволенности проклятия Язида ибн Му’авии. Таково одно из мнений, передаваемых от Ахмада ибн Ханбаля, которое выбрали аль-Халляль, Абу Бакр ‘Абдуль-‘Азиз, къади Абу Я’ля и его сын къади Абуль-Хусайн. В защиту этой позиции выступил шейх Абуль-Фарадж ибн аль-Джаузи в отдельном труде, дозволив проклинать его.

Другие же учёные запрещали это (и тоже писали об этом труды), чтобы проклятие в его адрес не стало путём к порицанию его отца или кого-либо из сподвижников. Они истолковывали его дурные поступки тем, что он совершал их на основе собственного суждения/таъвиль/ и ошибся. Они говорили: «При всём этом он был имамом, хотя и нечестивцем. А если имам становится нечестивцем, он не смещается лишь из-за этого, согласно более правильному из двух мнений учёных. Более того, не дозволяется выступать против него с мечом, поскольку это ведёт к разжиганию смуты и массовым кровопролитиям, как это и произошло».

Что же касается того, что упоминают некоторые люди о том, что Язид ибн Му’авия, услышав новости о жителях Медины и о том, что с ними сотворил Муслим ибн ‘Укъба и его войско при Харре, сильно обрадовался этому, то причина кроется в том, что он считал себя законным имамом. А поскольку они вышли из подчинения ему и назначили над собой другого правителя, он считал, что имеет право сражаться с ними, пока они не вернутся в подчинение и не присоединятся к единой общине/джама’а/. Именно об этом он и предупреждал их через ан-Ну’мана ибн Башира, а также дал им отсрочку через Муслима ибн ‘Укъбу на три дня, как об этом упоминалось ранее. Ведь в достоверном хадисе сказано: «Кто придёт к вам, когда ваше дело едино, желая внести раскол между вами, убейте его, кем бы он ни был».

А что касается приписываемых ему стихов по этому поводу и цитирования им поэзии Ибн аз-Зиба’ры о битве при Ухуде, где говорится:

О если бы мои старцы, (погибшие) при Бадре, видели, как трепетало племя Хазрадж от ударов копий,

Когда война опустила свою грудь в Къубаъ, и разгорелась смертоносная резня в (племени) ‘Абдуль-Ашхаль.

Мы убили вдвое больше их знатных людей, и выровняли чашу весов Бадра, и она стала равной.

К этому некоторые рафидиты добавили следующие строки:

Поиграло племя Хашим с властью, но не приходил никакой ангел, и не ниспосылалось никакое откровение!

Если Язид ибн Му’авия действительно произнёс эти слова, то да пребудет над ним проклятие Аллаха и проклятие всех проклинающих! А если он их не говорил, то да пребудет проклятие Аллаха над тем, кто сфабриковал это против него, чтобы опорочить его и правителей мусульман.

В скором времени, в (событиях) следующего года, мы приведём биографию Язида ибн Му’авии, упомянем то, что передавалось о нём, что о нём говорилось, а также то, какие поступки, мерзости и слова он совершал. Поистине, после битвы при Харре и убийства аль-Хусайна ему не было дано долгой отсрочки: Всемогущий и Великий Аллах, Который сокрушал тиранов до него и после него, вскоре сокрушил его, ибо Он – Знающий, Всемогущий.

В этом году в битве при Харре погибло множество известных людей, знатных личностей из числа сподвижников и других, перечисление которых заняло бы много времени. Из числа известных сподвижников среди них: ‘Абдуллах ибн Ханзаля, правитель Медины, которому присягнули защитники Харры, Ма’къиль ибн Синан, ‘Абдуллах ибн Зайд ибн ‘Асым, да будет доволен ими Аллах. См. «аль-Бидая ва-н-нихая» (11/614-632).